Сын Неба (часть 9) . Eternal Cosmos

           35.  На детских фотографиях мы всегда вместе. Так и полагалось, по сути: я вырасту, буду ее во всем защищать, буду во всем ей помогать. В разговоре Милочка призналась, что хотела меня… убить. Когда мама принесла меня из роддома, Милочка увидела маленькое существо, все внимание родительское, всю любовь родительскую отвлекшее на себя, и решила, что убьет меня. Но так и не убила. Она была маленькая. Ее не подготовили к тому, что скоро у нее появится братик, о нем надо будет заботиться, ей не сказали, что его надо любить, что это растет твой будущий защитник, твой будущий помощник. Милочка ни в чем не виновата. Она была маленькая.
Мы сидели рядом, смотрели детские фотографии. Я их двадцать пять лет не видел. Даже на это она держала свою монополию. Но меня давно уже не трогало, кто чем владеет. Я Владел Несоизмеримо Большим. Я мечтал передать сестре То, Что вытащит из ямы и ее, и Петечку, и Сашу Кесарева.
Она выслушала. Вроде бы. И сказала:
- Я тут купила книгу одну. Автор – Виталий Волчков. Я написала ему письмо. Написала о Петечке, о Кесареве, о себе. Я просила помощи. И он ответил. Но мне надо двести долларов. Консультация Волчкова стоит двести долларов. Я не знаю, где их взять…
Она ласково провела рукой по моей руке:
- Ты мне побольше приводи сумасшедших миллионеров, как в прошлый раз. Может, он еще раз придет…
 
≈ ₪ ≈
 
36.     Из того, с чем столкнулась Грэя, залетев как-то в двадцать четвертый век от Рождества И.Х., одна вещь поразила Ее до самых глубин. Потрясение Ее ждало ни с чем не сопоставимое.
Даже не знаю, с чего начать описание увиденного Ею. Оказывается, Сынов Неба можно… штамповать на конвейере!
Еще на памяти моего поколения никто ничего не слышал о глобальной информационной сети Интернет. Ее просто не существовало. Сегодня нажатием нескольких кнопок мы легко в Интернет входим. Это вхождение пишется с маленькой буквы. Здесь речь идет всего лишь о вхождении в Интернет.
Параллель тут, конечно, натянутая, но возможно ли с помощью приборов осуществить Вхождение? С большой буквы Вхождение – Вхождение во Вселенную Волновую.
Предположим, человек путем каких-то специальных операций, посильных для приборов, переводит тело свое в состояние волновое, Входит во Вселенную Волн (Пространство Иных Измерений, Глубинный Мир, Бытие Господа). Творящие силы Вселенной Волновой омолаживают его внутренние органы, выработавшие свой ресурс, и человек возвращается из волнового состояния в состояние вещества с отросшими на лысине волосами, разгладившимися морщинами, выросшими новыми зубами, здоровой печенью, почками, сердцем. Как Иванушка в старой русской сказке – в котел с кипятком ныряет, а выныривает принцем-красавцем. Так и здесь: рассыпался на электроны, перешедшие синхронно в волны, потом внес изменения в программу их сборки…
Древняя человеческая мечта. Мечта, мечтовее не бывает, наимечтейшая из всех возможных мечт человечества.
И вот такой аппарат Грэя увидела в двадцать четвертом веке. В него входили старцы, инвалиды, дряхлые, беспомощные. А выходили из него красавцы спортивного сложения. Грэя, затаив дыхание, наблюдала за происходящим. И вдруг, когда в аппарат вошел человек ниже среднего роста, широкий в плечах, с круглым крупным лицом, карими глазами, небольшим шрамом на щеке, аппарат лихорадочно затрясло, замигала красная лампочка. Открылась дверца, из аппарата выскочил человек, несколько секунд назад туда вошедший.
Оказывается, аппаратура делает Сыном Неба не всякого. Есть определенные условия для обретения пропуска во Вселенную Волновую. Для Вселенной Волновой первичны совсем не физические категории, первичные для Вселенной Вещества. Не ради новых зубов Бытие Господа допускает к себе человека. Допустит ли Оно ЛЮБОГО человека лишь благодаря совершенной аппаратуре?
Оказалось, что нет.
- Опиши мне подробнее внешность того человека, которого не приняла аппаратура? – попросил я Грэю, когда мы в очередной раз встретились где-то на перекрестке пространств и времен.
Она описала. Неужели – Волчков? Или сердобольный Эберхард? Есть черты и того, и другого. Или очередная особь с внешностью Волчкова, только спустя десяток поколений? Не пустили, значит, Волчкова. Наверное, справедливо. Но за что – Эберхарда?
 
≈ ₪ ≈
 
37.       - Так и хранишь то письмо?
- Какое письмо?
- Других писем от меня у тебя нет.
- Действительно, других не было. Ты хочешь, чтобы я сжег его?
- Зачем? Я уже совсем не тот.
- Ну, если сам пришел, значит, ты – прав, Петечка: не тот!
Я обнял старика, прижал к себе:
- Не тот! Не тот я! Другой! Совсем другой…
Мне стало стыдно за свой бабский выплеск чувств. И почему я виню во всем только себя? Нет, не так надо вопрос ставить: почему расплачиваюсь за все только я? Или они тоже через меня расплачиваются? Да, мне было семь лет. Да, я только учился писать авторучкой. Да, я выводил свои каракули под диктовку. Всего одиннадцать слов, но я их до сих пор помню: «Ты мне больше – не отец! Вон из квартиры! Подыхать под забором!» Всего одиннадцать слов. Да, я писал их под диктовку, я не понимал, что делаю, но удар был рассчитан точно: отец ушел «под забор». Он позволил себе стать жертвой. И я себе – позволил. О чем это я? Да о том, что за сделанное ей самой моя мать расплачивается судьбой собственного сына. А я позволил себе быть жертвой, я не защитил, не отстоял, не вытащил из болота собственную судьбу.
 
≈ ₪ ≈
 
38.     Сыном Неба может стать каждый, достаточно лишь осуществить Вхождение. Но Войти не сможет грязный. Вернись к истокам, очисти их. Переиграй заново ту ситуацию, которая стала твоей Point of No Return, твоей Точкой Невозврата. Вспомни об истоках. Если сейчас что-то не так, причина – там, в истоках. Если с тобой происходит что-то неладное, страшное происходит, не ищи причину в сегодняшнем дне. Все произошло значительно раньше.
Петечке, как и стране, в которой он вырос, предстояло сделать выбор, сделать волевое усилие, сделать маленький, можно сказать, подвиг. Подвиг и состоял в выборе: стать жертвой или не стать. Можно стать жертвой содеянного в октябре 17-го года. Можно не стать. Можно стать жертвой содеянного собственной матерью. Можно не стать. Можно расплачиваться за чужое деяние. А можно – очиститься от него.
Петечка был самым неблагополучным, самым неудачным, самым беспросветным из всей семьи. Но совсем недавно, как-то неожиданно, вдруг, появилось в нем что-то принципиально новое. Приезжал к матери ее брат с каким-то своим знакомым. Ее брата Петечка много лет не видел. Мать о нем старалась не вспоминать, а если и говорила, то какую-то гадость…
Связано с их приездом это новое? Петечка не знал. Но изменения в себе он чувствовал явные. Причем, произошли они как-то очень быстро, вдруг. Будто в темном бесконечном лабиринте открылась тайная дверь. А из нее хлынул мощный, всепобеждающий поток света.
 
≈ ₪ ≈
 
39.      Мы включили станок, стали точить из деревяшки разные фигурки. Через час-полтора у нас уже был выбор: остановились на медведях. Мастерская у отца была с давних времен, еще с тех пор, как он «ушел под забор», выгнанный из дома моей матерью с помощью моего письма. Ушел сюда, в мастерскую, так и жил в ней, пока ни купил небольшую комнатку. Когда сменилась эпоха, и комнату стало можно купить,  жилищная проблема у неужившихся друг с другом людей перестала быть тупиковой, неразрешимой, фатальной, заставляющей сестру предавать брата, а сына – отца.
Мы решили сделать кресло для Кесарева, ему было сложно сидеть на стуле из-за парализованных ноги и руки, только кресло будет удивительное, оно будет – произведением искусства! Искусство ведь – лечит.
- Когда у Кесарева день рождения?
- Седьмого ноября.
- Далековато до дня рождения. Что ж, подари просто так.
Отец, конечно, несоизмеримо лучше владел инструментами и прекрасно понимал поведение дерева, будь то береза, дуб или груша. Он чувствовал изначально, сумеет он договориться с данной доской, с данной чуркой или нет. С чурками у него было завидное взаимопонимание. Он в своем столярном деле провел, наверное, лет тридцать пять. А я, к своей радости, сумел подать несколько неплохих идей, да и усердно зачищал шкуркой ножки будущего кресла. За работой легко пошел разговор. Я рассказывал о том, о чем  не рассказал бы никогда. И о своей наркомании. И о том, как можно наркоманию вытолкнуть из себя Вхождением.
Чтобы закончить кресло, мы пробыли в мастерской до утра. Домой я ехал с креслом в руках. Поставил его в трамвае на задней площадке, сел в него. Удобное. Могу уступить! Не надо? А зря!
 
≈ ₪ ≈
 
40.   Времени в Раю было слишком много, просто прорва, и становилось порой скучновато. Компания у них сложилась интересная, разговоры были содержательные, но все равно душам без тел – скукотища. Потому и осуществляли они от случая к случаю Переход во Вселенную Вещества, выбирали себе какую-либо из обитаемых планет и занимались на ней интрижками. Масштабными (конечно, старались), глобальными, хотя и по мелочам развлекались, признаюсь.
В компании этой были: Игорь Храмцов, Грэя, Лена, Ульрике, Каюмба, отец Петечки, Кричухин, Уманга и тот бурятский лама, закопанный учениками в 1929 году от Рождества И.Х. Трое из них в земной жизни были православные по крещению, один католик, одна протестантка, одна атеистка, один буддист, двое плясали с бубном и приносили жертвы вырезанным из деревяшек божествам. Но Вселенная Волновая (Универсальный Бог, Сверхбог – единый для всех религий, человеком придуманных) была на всех одна, хотя в каждом из вероисповеданий носила свое название. В христианском – Рай.
Не было там места только для человека, отягощенного несмываемыми грехами: убил; предал; не выслушал (кто не выслушал, тот уже – предал).
 
≈ ₪ ≈
 
41.  Давно земляне ждут встречи с инопланетянами. С нетерпением ждут. Пришельцы обогатят нашу цивилизацию достижениями своей науки, опередившей нашу на тысячелетие, они передадут нам технологию обретения физического бессмертия, технологию общения путем телепатии, технологию добывания пропитания без особых трудозатрат.
Может быть. Но это все равно будут инопланетяне из Вселенной Вещества. Из тех трех и шести десятых процентов Реальной Вселенной, в которой и эти технологии, и куда более совершенные, существовали всегда. Изначально. Вечно.
Какой нам толк от встречи с подобными себе? Цивилизовали европейцы аборигенов или поработили? До сих пор об этом спорят и к единому решению не придут. Что реально даст нам эта встреча? Процветание или рабство? Или процветание в рабстве?
Вот встреча с Неподобными себе, с теми, которые рядом, но в Ином Измерении, начисто опрокинет все наши прежние представления и о себе, и о самом Мироздании.
Хотя, похоже, некоторые из нас, землян, давно уже встретили Их, давно уже в Контакте с Ними, обретя Зрение для ориентации в Мире Невидимом. К Ним не надо никуда лететь. Они – здесь, рядом, Они всегда были здесь. Войти в Контакт с Ними доступно для каждого, достаточно лишь…
Сущность, с которой мы пытаемся разговаривать в этой книге, - это объективная реальность, не данная нам в ощущениях. У нас нет органа чувств, предназначенного для Контакта с Ней. Мы ничего о Ней не знаем, мы порой цепляемся за простейший вариант Ее объяснения: или утверждая, что Ее – нет, или за сказочку, объясняющую Ее бытие понятными землянину категориями. Но это вовсе не значит, что человечество – последняя ступень Мироздания, за которой – ничего.                            
 
≈ ₪ ≈
            
42.     Типологические черты Сына Неба, живущего на Земле:
 
■ Он не боится потерь, поскольку то, чем Он владеет, – бесконечно по сути;
■ Он всегда узнает Своих;
■ хотя бы раз Его кто-то по крупному предал;
■ Он перенес тяжелое страдание, связанное с людской несправедливостью;
■ Он имеет тайный или явный физический изъян – метку;
■ Он хотя бы раз касался смерти близко-близко;
■ Он обладает возможностями, недоступными для простых людей;
■ с возрастом Он все более равнодушен к мирским благам, к земному успеху;
■ Его милосердие сопоставимо с Его могуществом;
■ Его невозможно обокрасть. Как вы украдете Вхождение? Как украсть то, что в мозгу, в душе, в сердце?
■ в любом деле, за какое бы Он ни взялся, Сын Неба добьется выдающихся результатов;
■ любая школа, любой университет, любое образование будут ниже Знания, полученного Сыном Неба из Пространства Иных Измерений, от Высшего Разума;
■ Он предпочитает держать себя с людьми как младший по званию со старшими;
■ Ему не страшен ни потоп, ни взрыв, не страшен голод. Питаться Он может энергией Космоса, а от потопа или взрыва Он укроется во Вселенной Волновой;
■ Он не стремится во власть земную. Ему дана несоизмеримо большая власть;
■ Он бесконечно самовосстанавливается, восстает из пепла, Воскресает;
■ каждый из Сынов Неба – Знает и Может больше, чем все человечество.
 
Если и не присущи тебе эти неоднозначные в своей привлекательности характеристики, но ты уже ступил за черту, уже Вошел в Пространство Иных Измерений, они у тебя появятся. Такова плата за Вхождение. Расплатись, не оставайся в долгу, это такая мелочь в сравнении с тем, ЧТО получаешь Ты.
 
≈ ₪ ≈
 
43.  Редакционное задание, данное мне главным редактором Николаем Тузовским, я так и не выполнил: с Игорем Храмцовым не встретился. Он куда-то исчез. Наверное, ему уже здесь неинтересно. Возможно, он просто не стал сопротивляться нелепым обвинениям в адрес своей методики, как и я не стал сопротивляться обвинениям в гибели Баранова и Вадика-Диплодока, а предпочел исчезнуть, перейдя в другое измерение.
Но я встретился еще раз с И.Х. С Храмцовым Его не спутаешь (при всем моем огромном уважении к Игорю). Представьте, вы говорите вроде бы с тем же человеком, но что-то в нем иное… С большой буквы – Иное! Будто не из человеческого теста состоит. Да, внешне вроде бы – все то же, но… Какое ни приведи сравнение, какую ни проведи параллель, все неточно. Все равно что Солнечная наша система вдруг стала не из девяти материальных планет, а из сорока семи, как во Вселенной Реальной. Таких, на которые не ступишь ногой и рукой не пощупаешь.
Думаю, что и эта наша встреча не станет последней. Было о чем подумать. Даже для Него, похоже, не все было ясно. Не хочу присваивать авторство Его идей.  Вот дословно из разговора с И.Х.:
- Эта планета будет обителью Сынов Неба. По сути, третья планета Солнечной системы (если брать отсчет во Вселенной Вещества) или одиннадцатая по счету из сорока семи планет Солнечной системы Вселенной Волновой всегда была Их планетой.
С поколениями любой биологический вид деградирует. В том числе и человеческий биологический вид. Деградирует именно в плане осуществления Контакта с родительской структурой. Все меньший процент особей остается способен к Контакту, все меньшее число Живых Душ Переходит во Вселенную Волновую. Породу, то есть сам биологический вид, Вселенной Волновой приходится обновлять. С помощью потопа, мора, планетарных катаклизмов и других форм обновления биологического вида, их немало. Так и погибали цивилизации, оставляя после себя очередной ковчег с теми, кто был способен осуществлять Контакт, способен к Вхождению.
   Человечество, погибая во Вселенной Вещества, оставляет копию свою во Вселенной Волновой. Поэтому вновь и вновь возрождается во Вселенной Вещества. Стадии обитаемости на различных планетах бесконечны, потому что человечество в форме Волновой, как и обе Вселенные, существовало – ВСЕГДА.
 
≈ ₪ ≈
 
44.   Когда я проснулся, на меня смотрел человек. В его взгляде было удивление. Но ни капли раздражения, злобы. Во взгляде было что-то изучающее.
- Петечка? – спросил я его. Он сидел на краю дивана, на котором спал я.
- Откуда вы… ты… здесь?
- Как откуда? Я у себя дома.
- Ну, считай, что так. Поспишь еще?
Он не знал, как меня называть. Постоянно перескакивал в диалоге с «Сережа» на «дядя Сережа», даже на «Сергей Леонидович». Столько лет мы провели порознь…
Я встал, оделся, и мы вместе пошли бродить по городу. Это был какой-то необыкновенный город. Вроде тот же. Но другой. Чище. Наряднее. Это внешне. Была и другая разница. Неуловимая, неописуемая. Город глядел на тебя добрее.
- Как эта улица называется? – спросил я.
- Галерная.
Странно. Какая-то она совсем другая. Вроде я прожил на ней двадцать пять лет. Странно. Во сне бывают подобные фантасмагории.
- А раньше как называлась?
-  Всегда так называлась.
- Раньше она называлась – Красная.
- Разве?
Мы прошли мимо Медного всадника, свернули к Исаакию. Из разговора я узнал, что у Петечки есть старшая сестра Кира, еще две сестры и брат. И еще у него тридцать шесть братьев и сестер двоюродных. Семеро из которых – мои дети. Остальные двадцать девять от других дядек и теток. Странно. Раз у него столько двоюродных, значит у меня значительно больше родных братьев и сестер? Не только Милочка. Так ведь по всей логике?
Далее перед нами открывался Невский проспект, мы пошли по его четной стороне. Я перестал удивляться и хлопать глазами. Я понял простую вещь. Я сумел Войти в другую программу судьбы. Причем точка замены программ находилась где-то очень далеко, давным-давно. Я сумел пройти за ту самую точку. За страшную точку. За точку, воплощавшую человеческую низость, подлость, бездарность. За точку октября 1917 года от Рождества Христова.
Мы с Петечкой шли по Невскому. Куда? Петечка провожал меня домой, где меня ждали жена и семеро детей – двоюродных братьев и сестер Петечки. Он был не против навестить родню. Один я идти боялся: я ведь никогда их не видел. Но тот, другой я, из другого варианта судьбы, это теперь я и был? Не знаю. Скоро все пойму. Интересно, как мы все разместились вдевятером в одной комнатушке в коммуналке?
В этой жизни, оказывается, я жил не на Галерной улице. Совсем в другой стороне. Где-то там, у Знаменской площади.
- Знаменская – это Площадь Восстания?
- Какого восстания?
Нет, он из другой судьбы, из другой страны. Зачем я спрашиваю про какие-то вещи из другой Вселенной?
- Прости, Петечка, - остановил я его, мы сделали несколько шагов назад… Нет, не может быть!
- А где же надпись?
Петечка немного привык уже к моим странным вопросам. Я вернулся к домам, мимо которых мы уже прошли. Где же была надпись? Точно ее помню. Это была святая память о войне, о ее жертвах, о той жизни. Белыми буквами на синем фоне. Где-то здесь, не доходя Мойки.
- Послушай, здесь была надпись. Я не помню дословно. Но вроде так: Товарищи! При артобстреле эта сторона улицы наиболее опасна…
Я ждал, затаив дыхание. Сейчас Петечка спросит: «При каком артобстреле?». Но он деликатно молчал.
- Разве не было артобстрелов?
- Не было, дядя Сережа! Зачем ты… вы так волнуетесь?
- И войны не было?
- Не было!
А между мной и твоей мамой – тоже войны не было? – чуть было ни спросил я, но промолчал. Дальше мы шли молча.
- Как-то вы непонятно изменились, друг мой!
Слова эти были обращены явно ко мне, обращены от человека, просто подошедшего к нам на улице. Я присмотрелся к вроде бы знакомому лицу…
- Михаил Понайотович!
Мы обнялись. Я представил ему Петечку.
- Пойдем-пойдем! Я тут живу совсем недалеко.
Это хорошо, что мы войдем втроем. Пусть пьяница-сосед увидит, что Миса Кричухин – не один на Земле! Не дадим Мису в обиду! Никого из своих в обиду не дадим!
Но не было пьяницы-соседа. Была жена, взрослые дети. Была прекрасная библиотека: две просторные комнаты с бесконечными полками книг. Мы сидели в кабинете Михаила Понайотовича, его жена принесла нам по чашке кофе. Шутки ради я захотел положить несколько кусочков сахара в карман. Но постеснялся его жены. Очень симпатичная женщина. Лица у них были какие-то другие. Не как в той Вселенной. Доброжелательные, приветливые. Даже у сильно вытянутой в длину собаки таксы в их доме светится интеллект в глазах. Она смотрела на нас с Петечкой глазами философа, исполненными достоинства и покоя.
Михаил Понайотович подарил нам с Петечкой по экземпляру своей новой книги. Он сделал дарственные надписи от автора. И не какие-то стандартные, одинаковые для всех, обоим – разные.
В Этой Вселенной ненависти не было.
В Этой Вселенной неправды не было.
В Этой Вселенной вражды не было.
В Этой Вселенной несправедливости не было.
В Этой Вселенной было доброе, мягкое, в золотистом ореоле Солнце.
Я испугался, вспомнив, как мы с Грэей погасили Солнце, играя в мигалки. Я найду Грэю, и вместе мы сумеем его включить. Солнце не погаснет.
Теперь есть ради чего.
Есть ради кого.
 
≈ ₪ ≈
 
45.  - Я знаю, кто ты…
Он обернулся, окинул взглядом толпу, но не понял, от кого эта фраза прозвучала. Он, смешной, даже остановился на площадке, где эскалатор кончился, смотрел на проходящих мимо девиц, смотрел как-то с вопросом, с ожиданием. Постоял немного, вышел на улицу, встал на ступеньках. У станции метро «Площадь имени Василия Островского» всегда много народу – удобное место для встреч.
Опять постоял. Опять оглядел толпу. Пошел дальше. Но резко остановился, когда услышал… услышал совсем рядом, громкое и четкое, даже резкое:
- Я Знаю, Кто Ты…
Он увидел меня. На лице Его было много противоречивых чувств, одно из чувств – удивление. Будто я не подошла. Будто я внезапно появилась. Будто выделилась из пространства в той его точке, куда он смотрел еще секунду назад. Где еще секунду назад никого не было. Будто ускоренного действия проявитель вычертил меня из пространства.
Он попытался что-то сказать, но я не помню, да что там – не помню, я не слышала, я не могла слышать, о чем говорил Он. Зачем эти земные слова? Я так надеялась, я так верила, что встречу. Что обязательно, неминуемо, неизбежно Встречу. Так предначертано.
      Я смотрела на Него. Я – Знала, Кто Он. Я была старше Его по земному летоисчислению, но земное летоисчисление давно перестало иметь значение для нас.
      Он тоже был рад. Но Он не кинулся ко мне с объятьями, не стал меня целовать, прижимать к груди от неожиданности, от радости, от восторга. Он спросил… Спросил застенчиво, как-то с опаской, как Ульрике в свое время про совка, спросил почти шепотом:
- Ты – Грэя?
И я ответила:
- Да.
 

Оглавление
 
Глава первая. Носитель Знака…………………………………………………...стр.
 
Глава вторая. Точка Невозврата……………………………………..……….стр.
 
Глава третья. Путь в Иное……….……………………………………………….стр.
 
Глава четвертая. В этом мире есть Ты……………..……………………….стр.
 

Список иллюстраций (репродукции картин Леонида Смирнова)
 
Обложка. «Автопортрет», холст, масло, 48Х42, 1991
Вторая обложка. «И когда-нибудь Он откроет глаза» (фрагмент)
Третья обложка. «Проходящая сквозь зеркала», холст, масло, 80Х70, 2001
Четвертая обложка. «Я не из тех, кто побеждает на Земле», х.,м., 120Х100, 2004
Перед первой главой. «Обитель мага среднего ранга», х.,м., 120Х100, 2004
Перед второй. «Кто-то узнал Ее земное имя», х.,м., 70Х60, 2004
Перед третьей. «Образы тонкого сна», х.,м., 110Х70, 2006
Перед четвертой. «Одна из последних Видящих», х.,м., 100Х70, 2004
 

 
Ищу партнеров-единомышленников для распространения, перевода на другие языки,
переиздания и возможной экранизации этой книги e-mail: lesmi@inbox.ru
 
«Сыном Неба  дано стать
каждому,
достаточно
лишь…»
 
www.e-puzzle.ru

Copyright © Eternal Cosmos
E-Mail: post@leonidsmirnov.ru
Creator: Aaabsolute.net

lf Металлических шкаф купе угловой. Заказать шкаф купе в розницу . © Создание логотипа, разработка фирменного стиля. Создание логотипа фирменного стиля описание отзывы . © Тариф спутниковый интернет. Каталог спутникового телевидения и интернет - все для начинающих . +
xp
+